Защитник Отечества: лучший волейболист довоенного времени Анатолий Эйнгорн

Настоящий полковник.

23 февраля прошёл День защитника Отечества. Среди советских волейболистов — десятки и сотни тех, кто прошёл через Великую Отечественную войну. Сегодня мы вспомним, пожалуй, сильнейшего игрока СССР конца тридцатых годов — Анатолия Эйнгорна.

Эйнгорн — один из самых ярких представителей отечественного волейбола в 30—40-е годы. Война, как и у всех остальных тогдашних спортсменов в СССР, разделила его карьеру на две неравные части. Точнее даже, водоразделом стало само его поступление на военную службу.

В 1938 и 1939 годах ленинградский «Спартак» дважды подряд выигрывал чемпионат СССР, и Эйнгорн был важнейшим игроком той команды. В чемпионате 1938-го ленинградцы не отдали соперникам ни одной партии, в том числе своим главным соперникам, одноклубникам из Москвы. На следующий год спартаковцы Ленинграда и Москвы определяли чемпиона в личном противостоянии — и вновь сильнее оказалась команда Эйнгорна. Правда, в этот раз победа далась гораздо сложнее — первая партия осталась за столичным клубом, но в двух последующих ленинградцы уверенно победили.

Вскоре после второй из этих побед Эйнгорна и ещё одного спартаковца, Михаила Балазовского, вызвали повестками в военкомат. И 26 ноября 1939 года Анатолий стал красноармейцем.

Ниже на фото — знак за первую победу Эйнгорна в Первенстве СССР 1938 года. Сейчас этот знак находится на Выставке истории волейбола, куда его вместе со многими другими памятными экспонатами передала дочь волейболиста Наталья.

На протяжении двух месяцев Эйнгорн проходил карантин в военной медицинской Академии Ленинграда. После принятия присяги в расположение части пришло распоряжение отпускать игрока в клуб для подготовки к очередному первенству СССР. Однако на первой же тренировке после двухмесячного простоя он серьёзно травмировал плечо — и, по его собственному признанию, никогда больше не смог играть на своём прежнем уровне.

Война застала его в Ленинграде. Примечательно, что 22 июня 1941 года в семье Эйнгорнов был праздник: отмечали выход на свободу его брата Арсения, которого в суде признали невиновным в краже из-за отсутствия состава преступления. И в разгар праздничного застолья прозвучало обращение Вячеслава Молотова о нападении фашистов на СССР.

Брат Эйнгорна в итоге погиб под Сталинградом. А его самого и других студентов Академии эвакуировали в Самарканд. При этом голодные ужасы блокады он успел прочувствовать на себе.

В Самарканде Эйнгорн вполне мог за самоволку получить 10 лет лагерей — но выручили волейбольные связи, отделался гауптвахтой.

Закончить Академию Эйнгорну не дали. Он и ещё четыре десятка студентов были переведены в Ашхабад, где по ускоренной программе выучился на военного фельдшера. Ну а волейбольная команда училища, получив в свой состав двукратного чемпиона страны, принялась с лёгкостью громить всех соперников на первенстве города.

Эйнгорну предлагали должность преподавателя физкультуры в училище. Можно было спокойно заниматься любимым делом, жить в комфортных и тёплых во всех смыслах условиях. Однако Анатолий Николаевич отказался и заявил, что хочет ехать на фронт. Впоследствии в своей автобиографической книге «Жизнь и приключения барона фон Тизенгаузена в Советской России» он назвал это самым смелым поступком в своей жизни.

С марта 1943 года Эйнгорн находился в действующих войсках. Сам всегда просился на передовую — и спас множество жизней, вывозя раненых с поля боя. За свои подвиги был награждён тремя орденами Красной Звезды, орденом Отечественной войны второй степени и 17 медалями.

После победы Эйнгорн продолжил карьеру военного медика — с отличием закончил Военно-морскую Академию. В 1968 году получил звание полковника военно-медицинской службы.

Чемпионом СССР Эйнгорн как игрок больше не становился. Хотя в 1947-м ему и его новой ленинградской команде ЛДО фантастически не повезло: будущим чемпионам, московским динамовцам, проиграли в решающей партии со счетом 13:15. Но и после этого ЛДО имело отличный шанс на первое место — для этого очень сильный и крепкий «Локомотив» должен был обыграть бело-голубых (что уже проделал в матче первого этапа). Железнодорожники вели 2-1 по сетам и 14:11 в четвёртой партии — но несколько раз не смогли забить в доигровке и в итоге проиграли сначала партию, а потом и матч. Лишив таким образом себя хоть каких-то медалей, а ленинградцев — золота. 

На следующий год исход первого места вновь решался в матче ЛДО и «Динамо». Причём этот финал пришлось играть дважды — во время первого матча начался ливень, и было принято решение о переигровке. Ленинградцы уверенно вели и в первой партии (13:8), и во второй (8:2) — но в итоге обидно отдали оба этих сета, а затем и третий.

В 1950 году ЛДО уступил в решающем матче другому московскому клубу — ЦДСА. В финальном этапе команды финишировали с равным количеством побед. Если бы победитель определялся по соотношению партий — золото досталось бы ленинградцам. Однако и тут команде Эйнгорна не повезло. Согласно регламенту того чемпионата, в подобном случае назначалась переигровка между двумя первыми командами. И в этой переигровке в пятой партии сильнее оказались армейцы. 

В итоге у Эйнгорна остались только две победы в первенствах СССР, завоёванные ещё до войны. Однако позже он всё-таки смог взять золото первенства СССР — но уже как тренер, с женской сборной Ленинграда, в 1959-м. В том же году его команда выиграла Спартакиаду.

В 1949-м в Чехословакии состоялся первый в истории чемпионат мира по волейболу. В нём приняли участие 10 команд, и победителем стала сборная СССР, ни в одном из матчей не позволившая соперникам взять хотя бы две партии. В том числе — сборной Чехословакии, сильнейшей сборной мира тех лет после советской.

В составе той исторической команды был и Эйнгорн. Правда, в основном составе он не играл. Волейбол тех времён не предполагал активную ротацию игроков. Сборная состояла из двух шестёрок — основной и запасной. Резервисты, в числе которых находился Эйнгорн, в итоге провели на турнире всего один сет, и тот проиграли — Румынии. 

Сам он много лет спустя в своей книге самокритично писал, что не ощущает себя чемпионом мира. Но, скорее всего, немножко лукавил — во всяком случае, в молодые годы званием чемпиона планеты очень гордился. Даже приклеил к своим карманным часам логотип того турнира — и много лет проходил с этими часами. Они, кстати, тоже находятся на Выставке истории волейбола.

После завершения волейбольной карьеры Эйнгорн продолжал работать врачом-хирургом, но оставался в волейболе, в том числе был старшим тренером мужской и женской сборных СССР. Писал статьи для «Советского спорта» и других изданий, выпустил целый ряд книг на волейбольную тематику.

На этом фото Эйнгорн рядом со своим другом, подполковником, волейбольным судьей Всесоюзной категории и многолетним председателем Федерации волейбола Ленинграда Адольфом Эдельбергом.

Совсем скоро, 1 марта, исполнится 23 года со дня смерти Эйнгорна. 

Читайте также: