«Дело “Торпедо” — это история очищения». Интервью с президентом ФНЛ Измайловым

Говорит и показывает «Лучшая лига мира».

Наиль Измайлов работает президентом Футбольной национальной лиги достаточно давно — с октября 2022-го. В большом интервью корреспонденту Legalbet Александру Быкову он рассказал, чего удалось добиться за 4 года президентства, объяснил, почему нашумевшее дело «Торпедо» — позитивная история, прокомментировал футбольные инициативы Министра спорта РФ Дегтярёва, оценил результаты «Балтики» в РПЛ и многое другое.

Видим, что клубы, которые выходят от нас в РПЛ, ни разу не теряются

— Какие впечатления от нынешнего сезона? Чем довольны? Чем нет?

— Давайте начнём снизу, с первого уровня профессионального футбола в нашей стране. Клубов в LEON-Второй лиге Б стало больше — аттестацию прошли 59. Появились команды из новых регионов. «Заря» Луганск, донецкий «Шахтёр» и ещё два клуба из Крыма заявились и прошли аттестацию. 

В динамике нескольких лет мы держимся около сотни команд по всей вертикали ФНЛ. Когда-то их было гораздо меньше. Сейчас меньше клубов стало исчезать, больше появляться. Не могу сказать, что динамика положительная прямо каждый год, но около сотни клубов мы держимся постоянно. И это не может не радовать. 

В программе развития футбола, которая утверждена Министерством спорта и РФС, вся вертикаль профессионального футбола в России должна составлять 116 профессиональных клубов к 2030 году. Получается, у нас сейчас около сотни команд и 16 клубов РПЛ. Поэтому на сегодняшний день у нас плюс-минус так и есть. Дальше уже стоит вопрос стабильности. 

Стабильность мы попытались выправить реформой LEON-Второй лиги, переведя дивизион «Б» на систему «весна—осень», что позволяет клубам существовать в рамках бюджетных ограничений целый год с января по январь. В тех бюджетах, которые выделяются регионами, госкомпаниями, корпорациями. 

— Перейдём к Лиге PARI. Конкуренция в Первой лиге за последние годы заметно выросла. Согласны?

— Да, и это очень хорошо и правильно. Можно говорить об уровне развития лиги в целом. Как у лиги роста, наша задача — максимально готовить клубы к выходу в Премьер-Лигу. И мы уже исторически видим, что клубы, которые выходят от нас в РПЛ, ни разу не теряются и в целом неплохо себя чувствуют. Посмотрите на махачкалинское «Динамо», «Акрон», «Балтику» — есть кейсы, о которых вообще не стыдно говорить.

Эти клубы даже сами говорят, что для них опыт игры в Лиге PARI в последние годы стал очень полезным и качественным не только в спортивном аспекте, но и в плане менеджмента, маркетинга, коммерческой службы, работы медиа-служб.

— По сезону возникало ощущение, что уровень Лиги PARI недооценивают, потому что результаты «Балтики» воспринимали как что-то невероятное и чудесное.

— Не знаю, кто недооценивает, но вот им пример «Балтики», махачкалинского «Динамо», «Акрона» — это всё продукты нашей лиги. Радует то, что в калининградской команде сохранился костяк, который играл в Первой лиге. Конечно, сейчас «Балтика» показывает результаты, про которые можно сказать, что это прыжок выше головы. Но я вполне объективно оцениваю уровень наших лиг.

— Ещё выше «Балтика» может прыгнуть?

— Здесь вопрос в стратегии клуба. У меня был опыт работы в топ-клубе, в «Спартаке». И там о стратегии можно было задумываться и реализовывать её. В клубах с маленькими бюджетами, а «Балтика» — это клуб с маленьким бюджетом по меркам РПЛ, немного другие задачи: выжить, удержаться, сохраниться, максимально выгодно реализовать свои активы и нарастить новые. 

Я считаю, что не всегда место, занятое в таблице, для клубов такого уровня, как «Балтика», является ключевым показателем. Думаю, у «Балтики» есть возможность показать хороший пример для других клубов с небольшими бюджетами, чего можно добиться. А дальше уже есть хороший кейс продажи Сауся, например. И потенциально в «Балтике» есть ещё активы, которые можно выгодно и хорошо реализовать. Также понимаю, что там есть уже лонг-лист на вход. Такой подход мог бы стать хорошим примером для нашего футбола.

Источник фото: пресс-служба ФК «Балтика»

— Ощущение, что финансовые возможности клубов Лиги PARI заметно выросли.

— Да, это объективно. У нас сейчас клубы активно увеличивают доходы от матчдэя. Только за последний сезон они выросли в три раза. Понятно, что пока не все клубы этим озабочены и занимаются, но для них здесь есть определённая точка роста для увеличения доходов. 

Можно даже пройтись конкретно по клубам. У «Урала» — отличный стадион, на котором проходили матчи чемпионата мира. Екатеринбург в целом — это очень футбольный город. Там всё поставлено на поток: абонементы, продажи вип-ложи. У клуба и команды менеджеров есть хороший и достаточно долгий опыт работы в РПЛ.

— У «Факела» по ощущениям то же самое.

— Да, все менеджеры, которые работают в Воронеже, очень опытные и грамотные. Средняя загрузка стадиона «Факел», если не ошибаюсь, около 90% от 10 тысяч вместимости — это очень даже хорошо. Не все клубы РПЛ могут похвастаться такими цифрами. 

На мой взгляд, важнейшим фактором в этом вопросе является не абсолютная цифра посещаемости, а процент заполняемости стадиона. Этот показатель гораздо значительнее, чем абсолютная величина, позволяет говорить об интересе к клубу в регионе, необходимости проведения работ по увеличению ёмкости арены или достаточности тех критериев, которые мы применяем. Поэтому мы у себя в ФНЛ по лигам ведём такой подсчёт и публикуем его. 

— Раз заговорили о стадионах. Сезон Лиги PARI постепенно выходит на финишную прямую, и у некоторых команд скоро встанет вопрос о повышении в классе и прохождении лицензирования. И один из критериев — это вместимость стадиона (минимум 10 тысяч мест). На ваш взгляд, это правильная цифра? У того же «Будё-Глимт» из Лиги чемпионов стадион вмещает 8500 человек.

— У «Будё-Глимт» отличный стадион с искусственным газоном на 8200 мест, который соответствует категории UEFA 4, поэтому на нём можно проводить групповые стадии еврокубков. Классно и здорово, что люди приходят и заполняют эту арену. Вот такая команда может играть в Лиге чемпионов, но не могла бы играть в РПЛ из-за недостаточной вместимости стадиона. Поэтому ваш вопрос я понимаю. Но пересматривать эти стандарты нужно, исходя из цифр заполняемости по сезону, динамики и задач. 

Если мы видим, что в РПЛ средняя заполняемость больше 70%, то, наверное, эти критерии обоснованы. В конкретный момент времени на эти показатели смотреть тоже нельзя — смотреть нужно в динамике. И смотреть, как клубы, работают со своей аудиторией, что они с ней делают. 

ФНЛ активно помогает клубам в этом плане. У нас даже есть менеджер по матчдэй, который объясняет клубам порядок работы. Дошло до того, что мы составили минимальную смету проведения дня матча и отдали клубам в виде документов, чтобы они могли всем пользоваться всё организовывать.

— Конкретной цифрой сметы не поделитесь?

— Понятно, что в разных лигах, разные масштабы на разную посещаемость. Если интересно, вы можете более подробно ознакомиться в нашем документе «Руководство инвестора».

— Если возвращаться к теме с критерием вместимости в 10 тысяч мест, вы согласны с ним?

— Я могу быть согласен, а могу — нет. Если есть определённые критерии внутри футбольного сообщества и внутри РФС, то они должны исполняться. Здесь вопрос не в критериях, а в готовности клубов работать над заполняемостью и их подходе к формированию этой многосторонней готовности.

— Есть понимание, какие клубы Лиги PARI могут столкнуться с проблемами при лицензировании?

— «Урал», «Факел» и «Ротор» очевидно максимально готовы к выходу в РПЛ — есть стадионы, необходимая вместимость, системы идентификации болельщиков. «Родина» играет в Москве, где достаточно условий для прохождения лицензирования в РПЛ. 

«Спартак» Кострома строит новый стадион. Он находится в процессе ввода в эксплуатацию. Пока там построили арену на 4400 мест — понятно, что это не подходит для РПЛ, мероприятия там пока проводить нельзя. А других подходящих стадионов в регионе нет. «Челябинск» — ещё одна команда, которая претендует на выход в РПЛ через стыки. Знаю, что там сейчас занимаются реконструкцией стадиона и проводятся необходимые работы для получения лицензии. 

— Ещё близко к зоне стыковых матчей «КАМАЗ», «Нефтехимик» и СКА-Хабаровск».

— В Хабаровске сейчас тоже проходят определённые работы, занимаются реконструкцией трибуны. Стадион «КАМАЗа» в Набережных Челнах не подойдёт под требования РФС-1, поэтому здесь нужно работать. В краткосрочной перспективе необходимо рассматривать стадионы, соответствующие требованиям РПЛ, в своём регионе. У «Нефтехимика» похожая история.

— Со вместимостью там вроде бы всё в порядке. Проблема с внедрением системы VAR и Fan-ID?

— Это сейчас можно сделать достаточно быстро. Есть сертифицированные поставщики оборудования, налажена логистика и система запуска мониторинга. Самое главное — наличие задачи выйти в РПЛ, всё остальное сделать можно. Поэтому мы надеемся, что у всех команд, которые будут претендовать на выход в РПЛ, не возникнет проблем с прохождением лицензирования. Пример — «Динамо» Махачкала. Уже в ноябре, в середине сезона, клуб начал подготовку стадиона к процессу лицензирования РПЛ.

Источник финансирования не имеет значения при оценке эффективности клубов

— Недавно всю спортивную индустрию всколыхнула налоговая реформа в букмекерской сфере, насколько эти изменения повлияют на ФНЛ? Ведутся ли переговоры о пересмотре финансирования с титульными партнёрами?

— У нас долгосрочный контракт с PARI. И мы, и партнёры этим контрактом довольны. Речи ни о каких пересмотрах условий не идёт. Мы вместе делаем всё возможное, чтобы это сотрудничество было максимально выгодным и интересным обеим сторонам.

— Получается, никаких пересмотров не планируется?

— Все обязательства, которые мы брали на себя по обеспечению дохода призового фонда, исполняем.

— Клубы ФНЛ могут столкнуться с такими проблемами?

— Уже столкнулись. Причем как клубы ФНЛ, так и РПЛ. Букмекеры сокращают объём финансирования, объём маркетинговых затрат.

— Как эта ситуация может повлиять на будущее клубов, учитывая, что у многих ещё до этого были финансовые проблемы?

— Это не было никогда основной частью бюджета клубов. Поэтому вряд ли это кардинально скажется на каком-то из клубов. Это был хороший поток коммерческих денег, которые клуб мог расходовать по собственному желанию и по собственной необходимости. Но я надеюсь, что спустя какое-то время, когда рынок поймёт последствия этих налоговых нововведений и, возможно, всё окажется не так страшно, тогда букмекерские компании полноценно вернутся в мир спорта, в мир футбола. Потому что объективно аудитория спорта, футбола правда очень сильно недооценена.

— Стала ли Лига более пристально следить за финансовым состоянием клубов? Всё-таки за последнее время было много не самых приятных прецедентов.

— Лига уже несколько лет достаточно пристально следит за финансовым состоянием клубов. Мы получаем финансовую аналитику от РФС и общаемся непосредственно с клубами, получаем от них данные. К примеру, доходы, которые клуб получает от того или иного вида деятельности, являются критерием при подведении итогов нашего «Чемпионата по маркетингу». 

Лига хотела бы видеть изменения в динамике кредиторской задолженности или других обязательств клуба. Нам это нужно, чтобы понимать, когда может возникнуть критическая точка. При этом не всегда этот мониторинг может нам позволить оперативно отреагировать. Изменения могут быть кардинальными и резкими. У нас порядка 30% клубов — частные. И любое решение о необходимости дальнейшего финансирования может быть непредсказуемым. Всё зависит от рыночной ситуации для основного бизнеса владельца или личного отношения. И нет возможности на это повлиять.

— Я видел вашу цитату от июля 2025-го, что самая надёжная форма владения — когда есть доля государства и доля частного инвестора. 

— Да, в случае государственно-частного партнёрства больше интересов пересекается. Есть необходимость от государства, которая заключается в социальной поддержке, привлечении болельщиков, работы с населением. А от частного инвестора можно получить, например, качественный менеджмент. Именно бизнес-менеджмент, который рассчитан на то, чтобы эта структура зарабатывала и приносила доход, увеличивала небюджетное финансирование, которое может быть использовано для инвестиций, дальнейшего развития. Поэтому, на мой взгляд, именно в таком состоянии клуб может получить наибольший эффект.

— Это история только для российского футбола или в целом? Если брать топовые европейские лиги, то, насколько я знаю, там нет такой зависимости от государственных и муниципальных бюджетов.

— Не совсем так. Во Второй лиге Франции есть не только частные клубы, но и те, где активно участвует муниципалитет. В Германии частный инвестор не может владеть более чем 49% любого футбольного клуба — 51% остаётся у местного органа саморегулирования. Правда обычно это какое-то спортивное общество, которое принимает активное участие в жизни клубов. Также очень часто заключают партнёрства по использованию объектов инфраструктуры. Чаще всего в Европе все объекты инфраструктуры клуба принадлежат муниципалитету: детская школа, академия, база, тренировочная площадка, стадион. Муниципалитету нужно, чтобы там проходили мероприятия, чтобы туда люди приходили. Поэтому есть общая заинтересованность в успешной работе клуба.

— Сложилось ощущение, что в России принято идеализировать частное владение и критиковать государственное.

— На мой взгляд, источник финансирования не имеет значения. Скорее нужно оценивать эффективность использования денежных средств и работу менеджмента. Занимаемые места, стоимость одного очка, работа с болельщиками, посещаемость, партнёры и спонсоры и так далее — это те показатели, которые говорят об эффективности работы менеджеров. 

Мы видим абсолютно разные ситуации работы частных клубов и государственных. В РПЛ у нас сейчас частные клубы — это «Акрон» и «Краснодар». Они эффективно работают с теми бюджетами, которые у них есть. Но и среди клубов с госфинансированием есть такие, которые занимают активную позицию в плане коммерциализации и увеличения коммерческих доходов как в РПЛ, так и в ФНЛ.

Процесс, который сейчас реализуется силовиками в отношении арбитров — только начало

— Не могу не спросить про ситуацию с делом «Торпедо». Недавно появились новые вводные, 13 открытых уголовных дел. Как эта история в целом влияет на имидж Лиги?

— Слушайте, таких дел много. Если мы посмотрим на аналогичные истории в Европе, то в Италии были даже более громкие и более некрасивые дела. В Турции совсем недавно тоже были похожие скандалы. Может быть, там не совсем связанные с судьями, скорее, со ставками.

На мой взгляд, сейчас происходит определённое очищение. То есть этап выстраивания новой работы в судейском корпусе. И этот этап, очевидно, необходим. То, что происходит сейчас, должно привести к изменениям в качестве судейства, в отношении к судьям, во внутренней работе футбольных клубов. И в отношении судей к исполнению своих обязанностей. Вот поэтому я считаю, что эта история не совсем-то негативная. Наоборот, мне кажется, это история очищения и более понятного, более профессионального будущего. 

Знаю, что Академия РФС сейчас активно занимается подготовкой судейских кадров вместе с департаментом судейства РФС. 

— Получается, стоит ожидать позитивного развития в сфере судейства?

— Процесс очищения надо пройти. Это будет непросто. На какое-то время мы окажемся с судьями, которые будут недостаточно готовы и недостаточно квалифицированы для выступления на определённых уровнях. Это нужно пережить и всем вместе помочь пройти этот путь. Поэтому здесь вместо того, чтобы хейтить, нам нужно наоборот говорить: чем мы можем помочь?

Мы приглашали Мажича на встречу с комментаторами, которые работают на матчах ФНЛ. И могу вам сказать, что многие комментаторы не знали ряда деталей и правил, о которых рассказывал Мажич. Такие же семинары необходимы для игроков, тренеров, менеджмента клубов. Всем нужно понимать те решения, которые принимают арбитры на поле. 

— На сайте Sports.ru недавно был опубликован материал о деле «Торпедо», в котором экс-руководитель российского клуба, пожелавший остаться анонимным, заявил, что до сих пор существует практика благодарности судей. Не подкупа, а благодарности за лояльность. Действительно ли такая практика существует по сегодняшний день? Есть ли понимание, как это можно искоренить?

— Да, читал эту историю. Мы часто проводим встречи с руководителями клубов во всех лигах. Буквально недавно была встреча с руководителями клубов LEON-Второй лиги Б. На ней я говорил, что тот процесс, который сейчас реализуется силовиками в отношении арбитров — это только начало. Потому что судьи здесь — всего лишь исполнители. Заказчиками являются другие люди. И далее, насколько я понимаю, будет продолжение этого процесса как раз над теми, кто считал именно так, как тот бывший руководитель клуба. Нигде и ничего не скроется, не останется без внимания. 

— Любопытно, откуда это пошло? Где начало?

— Не знаю. Знаю точно, что это нужно менять. Мы недавно встречались с Павлом Каманцевым. Скажу так: есть целая методичка по тому, какие примеры являются наказуемыми. Там расписано всё. Благодарность судьям за честную игру — это уже наказуемое деяние. 

Мы эти методички уже разослали всем руководителям клубов, чтобы они понимали, какое их действие или попытка к действию к чему может привести. Такая профилактическая работа проведена. Дальше вопрос реакции. 

— Продолжая тему судейства — реально ли внедрение VAR в вертикаль ФНЛ? Нужно ли это Лиге?

— Стоит отметить, что все вопросы, связанные с судейством и VAR, — это компетенция РФС. У нас уже был проект с РФС по внедрению VAR в Первой лиге. В прошлом сезоне три клуба в нём участвовали. Мы рассмотрели технические возможности стадионов и РФС, возможности передачи сигнала, стоимость необходимых улучшений. В общем тот проект прошёл достаточно успешно. Мы получили необходимые сметные стоимости, опыт работы. 

В последующем клубами Лиги было принято решение, что не совсем корректно использовать VAR на отдельных матчах — либо делаем у всех, либо ни у кого. Тот формат VAR, который есть сейчас в распоряжении РФС и который использует РПЛ, дорогой для клубов ФНЛ. Плюс технически это не везде реализуемо на сегодняшний день. К тому же у нас большая ротация — в той же Лиге PARI сразу семь клубов из 16 могут поменяться. Сейчас в РФС разрабатывают новую версию передачи сигнала, более дешёвую.

Поэтому мы ждём техническое решение РФС по VAR в Лиге PARI и планируем его внедрение. 

Раньше во Вторую лигу приходили доигрывать, сейчас основная группа футболистов там — молодые

— Тему грядущего ужесточения лимита тоже хотелось бы обсудить. Скажутся ли эти ограничения на клубах ФНЛ? Ведь многие говорят о повышении цен на игроков с российским паспортом. Плюс есть вероятность того, что клубы РПЛ захотят держать своих воспитанников ближе к себе, а не отправлять в аренду в клубы ФНЛ за игровой практикой. Какое у вас мнение на этот счёт?

— Я пока вижу то, что у нас сейчас 54% игрового времени во Второй лиге Б — это молодые футболисты. Я сейчас вижу то, что у нас 46% голов во Второй лиге Б забили молодые футболисты. Я сейчас вижу то, что значительный процент активных игровых действий на поле во Второй лиге совершают молодые футболисты. Если раньше во Вторую лигу приходили заканчивать карьеру, доигрывать, то сейчас основная группа футболистов там — это молодёжь. 

В последнее трансферное окно больше 20 человек перешли из Второй лиги в РПЛ. В Лиге PARI в нынешнем сезоне число молодых футболистов, выходивших на поле, выросло на 29% к прошлому сезону — до 103. Прямо пропорционально выросло и их игровое время. В заявках их ещё больше. Молодые футболисты забили 61 гол, что составляет 14% от общего числа. Мы действительно становимся платформой, той базой, фермой, которая готовит молодых игроков, в том числе для элитного дивизиона.

— А не разберут ли всех?

— Пускай разбирают! У нас много детей занимается в футбольных школах. Но мало детей подписывает профессиональные контракты.

— Получается, ужесточение лимита в РПЛ на ФНЛ никак не скажется?

— Я думаю, что это напрямую не связанные вещи. 

— А в целом какое у вас мнение по будущему ужесточению лимита?

— Ну, стоит отметить, что ещё нет окончательного решения. Но скажу так: первый плюс, что это будет происходить постепенно — у клубов есть возможность в течение четырёх трансферных окон подготовиться к новым критериям. Я считаю, что четырёх окон будет достаточно, чтобы провести все изменения.

Что касается количества — 13+9 или 10+5, — то я не буду это комментировать. Всё-таки правила игры не комментируются, они принимаются к исполнению. Поэтому здесь правильнее просто подготовиться к грядущим изменениям и действовать по ним.

— А для молодых российских футболистов более жёсткий лимит пойдёт на пользу? Или наоборот?

— Так говорить об этом нельзя. Любой талантливый и работоспособный молодой футболист найдёт себе применение. Также не будет востребован игрок, который не тянет определённые функции и задачи. Нельзя так огульно говорить, что всё, теперь у нас все русские будут играть. Нет. Молодым российским футболистам нужно будет выигрывать конкуренцию у другого такого же парня, который тоже хочет играть, получать зарплату, кормить свою семью, показывать красивый и классный футбол. Поэтому не всё так однозначно.

Я здесь выделю другой важный аспект — чтобы клубы не тратили деньги на некачественных легионеров, а привозили тех, кто заставит наших российских футболистов биться с крутыми, топовыми игроками за место. В 2013—2014 годах, когда я ещё был в «Спартаке», мы внутри РПЛ вели разговоры о введении качественных критериев для легионеров. 

— Какие качественные критерии предлагались?

— Мы тогда рассматривали количество игр в еврокубках, является ли этот человек игроком своей национальной или молодёжной сборной, количество матчей за сборную. Например, футболист пять или семь матчей должен был отыграть за сборную. Понятно, что это не те критерии, которые позволяли бы точно отсекать некачественных иностранцев, но уже что-то определённое.

— Почему не получилось реализовать эту инициативу?

— Клубы не договорились между собой. Не договорились именно о критериях определения и задачах. Нужно же понимать, что некоторые клубы берут топовых легионеров, а другие — нетоповых, для последующей реализации и продажи. Это тоже стратегия.

— Раз уже поговорили про инициативы министра спорта, тогда Fan ID тоже хотелось бы обсудить. У Михаила Дегтярёва было высказывание про эту систему, что она хорошо себя зарекомендовала и что будет расширение в другие виды спорта и другие турниры. Планируется ли введение Fan-ID в ФНЛ? Нужно ли это?

— Здесь же главный вопрос — для чего это вводилось, какая была задача введения Fan-ID и насколько это необходимо в других лигах и в других видах спорта. Если это необходимо и будет принято такое решение на государственном уровне, что мы здесь можем сделать? Можем принять это к сведению и подготовиться. 

Хорошо, если дадут время. Потому что оборудование, необходимое для системы идентификации болельщиков, дорогое, оно требует отладки, диагностирования и запуска работы. То есть это время и деньги. Не все регионы и не все клубы смогут сейчас осилить такие затраты. Поэтому нужно подходить к этому очень системно, планово и исходить из необходимости.

Для меня важно ставить цели и задачи, которые будут выполнимы

— Вы заняли должность президента ФНЛ в 2022 году. Если не ошибаюсь срок заканчивается в октябре этого года. Какие у вас дальнейшие планы? Собираетесь ли переизбираться?

— Здесь важно не столько моё мнение, сколько мнение нашей футбольной семьи, клубов ФНЛ. Если они согласны с тем направлением развития, которое мы сейчас задаём, то я буду рад продолжить свою работу. Потому что пока ещё много чего не сделано. Мы по сути находимся только в начале пути. Не скажу, что нужно что-то кардинально менять или улучшать. Скорее нужно заложить определённый фундамент, чтобы клубы могли становиться лучше, интереснее, богаче.

— Что это за фундамент?

— Мы сейчас пишем стратегию на ближайшие 4 года. То время, которое мы отработали в Лиге, позволило понять, что происходит: какие направления являются приоритетными, а какие второстепенными. Эту стратегию мы предоставим летом, и она будет прикладным документом. Это будет список задач и методы их выполнения. 

Форма написания этой стратегии может являться формой для написания стратегии клубов. Это важно и нужно, потому что у клубов есть разные потребности. Кто-то готов и хочет расти в классе. Кто-то ввиду нехватки финансирования ставит перед собой задачу подготовки молодых игроков. Хочется, чтобы тот документ, который мы издадим, являлся форматом подготовки клубной стратегии. 

— Если резюмировать, чем больше всего гордитесь за этот период работы? И что сделать пока не удалось?

— Первое, чем я горжусь, что у нас собралась очень классная команда профессионалов. Удалось собрать тех людей, которые реально работают в мире футбола. Мы здесь не чиновники. Все, кто работают у нас имеют опыт работы в футбольных клубах. Я горжусь своей командой.

Ещё я очень доволен тем, что мы первыми в России ввели систему солидарности между лигами. Сейчас 54% призового фонда, который в основном генерирует Лига PARI, перераспределяется на клубы LEON-Второй лиги. Получается, что доход от Лиги получают все. Подробнее вы также можете ознакомиться в Финансовом Ландшафте ФНЛ. 

Выделю распределение части дохода от игрового времени молодых и доморощенных футболистов. Этот момент стимулирует развивать вертикаль: приходится ставить задачи академиям, юношескому футболу по подготовке профессиональных футболистов для основной команды. 

Ещё нам удалось выстроить цифровую экосистему, которой мы уже, наверное, можем гордиться. Первое — это CRM — мультилиговая и мультиклубная база данных клиентов, болельщиков, которой мы делимся с клубами, если человек при регистрации отмечает, за какой клуб он болеет. 

— Зачем нужна эта база?

— Вокруг этой базы данных выстроены и другие продукты. Теперь у нас можно зарегистрироваться в одной системе и получить личный кабинет на все остальные продукты. Например, недавно мы запустили приложение «ФНЛ ТВ», где можно смотреть все матчи ФНЛ. Можно определить свои предпочтения и смотреть только то, что интересно, делать свою подборку и так далее. Это уже большое достижение в плане медиа-охватов и привлечения болельщиков к экранам телевизора.

Источник фото: пресс-служба ФНЛ

— Каков эффект от создания платформы White Label?

— Эта система помогает клубам сделать свой сайт. В нынешних реалиях сделать самый простой сайт для клуба будет стоить несколько сотен тысяч, а то и миллионов рублей. ФНЛ же один раз сделала образец такого сайта для клуба за номинальные 5 тысяч рублей — им остаётся только доработать его под себя — и совместила его с другими платформами, на которых мы проводим трансляции, получаем статистику. Мы сейчас раздаём статистические данные от RuStat всем клубам абсолютно бесплатно. 

Ранее порядка 30% клубов во Второй лиге Б пользовались спортивной статистикой. А, на наш взгляд, спортивная статистика — это тот массив данных, которым пользоваться просто необходимо. Например, при оценке динамики и качества роста игрока. Или элементарного поиска игрока. У всех всё основывается на статистике.

— Только 30% во Второй лиге Б пользовались статистикой?

— Да, такая ситуация была до введения лигового соглашения с RuStat, 3 года назад. Мы раздали клубам эти возможности, и теперь процент тех, кто пользуется статистикой — 95.

— На этом White Label подключены трансляции матчей?

— Да, конечно. И я бы в целом отметил качество наших трансляций. Когда мы только начинали, трансляции матчей даже Лиге PARI велись всего с трёх камер. Сейчас трансляции ведутся с восьми камер — это наша норма. А на матчах, на которых мы делаем большой продакшен, у нас до 14 камер. 

Более того, в Лиге PARI мы проводим матчи тура, на которых у нас, помимо расширенного продакшена, есть студии, отдельные интервью. И также нам удалось увеличить количество трансляций на федеральном канале: 30 матчей показывает «Матч ТВ» и 68 — «Матч Премьер». Для понимания, каждая такая игра даёт охват порядка 1,5-2 миллионов человек. 

Также у нас есть дистрибуция контента на Кинопоиске, VK Видео, несколько региональных каналов и на Триколор. И ещё у нас был опыт работы с китайским WeChat. Мы даже в Китае транслировали матчи Первой лиги.

— Пользовалось спросом?

— Были хорошие показатели, но пока этот проект пришлось остановить.

— Вы рассказали про количество транслируемых матчей на «Матч ТВ» и «Матч Премьер». Никогда не думали полноценно перейти на стриминговые сервисы?

— Сейчас мы получаем большую аудиторию с федеральных каналов, которую монетизируем в доходы от партнёров Лиги. Такой охват позволяет нам зарабатывать. Остальную часть диджитал-прав мы реализуем. Это всё не бесплатно. Лига зарабатывает. Клубы зарабатывают.

— Расскажите, пожалуйста, о платформе «Трансферхаб».

— Это маркетплейс игроков. Такая система позволяет клубам иметь всю информацию о футболистах по всей вертикали ФНЛ, РПЛ и других стран, потому что RuStat собирает статистику во многих регионах. 

Там есть личные кабинеты у генеральных и спортивных директоров, а также у скаутов. У всех разные функции: генеральный директор может всё видеть, контролировать и мониторить; спортивный директор — это основной участник переговорного процесса, подбора игроков; скаут подбирает шорт-листы, формирует тот объём работы, который необходим спортивному директору. Мы сделали так, что время соединения одного спортивного директора с другим сократилось до нажатия одной кнопки. 

В трансферное окно самое сложное — это найти контакты и получить ответ от клуба. Сейчас это время сокращено до моментального получения уведомления на электронную почту. 

— Клубам понравилась платформа?

— Сейчас в этой системе работают уже порядка 70 клубов. Знаю, что за последнее трансферное окно было обсуждено около 50 сделок. У Лиги нет доступа в эту платформу — сохранена полная конфиденциальность информации. В этой системе ведётся общение только между клубами.

Понятно, что эта платформа требует доработки. Мы планируем ввести ещё несколько ролей: футболистов-свободных агентов, верифицированных агентов для ведения переговоров и активации возможностей для поиска работы.

— Почему не все клубы присоединились к этой программе?

— Кто-то ещё не готов. Кому-то, может быть, нужно провести дополнительную демонстрацию, показать что и как работает. Клубы РПЛ, кстати, тоже подключились к этой системе. И у каждого свои интересы. У кого-то есть хорошо работающие детские школы, академии, юношеские команды — они пользуются нашей платформой для реализации своих кадров и активов. Кому-то, наоборот, необходим поиск молодых талантливых игроков в низших лигах.

— Получилось сделать многое, а что пока не удалось? Что пока не успели?

— Удалось сделать действительно много. Радует, что выпуски всех продуктов были проведены в запланированные сроки. Для меня как для руководителя важно ставить выполнимые цели и задачи. Тогда есть понятное стимулирование команды и ответственных менеджеров за выполнение этих сроков и задач. 

А что не успели — будет в стратегии и в плане работ на следующие 4 года.

Источник фото: пресс-служба ФНЛ

Читайте также: